Историзм в современных среднеазиатских идеологиях

Славомир Горак

«Зарождение туркмен относится к временам пророка Нуха. Мы, туркмены, произошли от тюрк иманов (вышедшие из света). Вот почему себя и свой народ наш прародитель Огуз хан назвал туркмен – родом из света».

(Рухнама)

Использование исторических событий и персонажей проявляется в разных тоталитарных и демократических системах вообще и на территории бывшего СССР в частности. Подчеркивание славных эпох истории, восхваление героев, торжественные издания величайших литературных памятников древности, реанимация языков и фольклора наряду с другими аспектами влияют на создаваемую элитами идеологию. Феномен такого рода национального возрождения особенно сильно проявляется и у пробуждающихся народов под чужим правлением (в национальном контексте) и продолжается также после приобретения независимости. В XIX веке этот процесс в разной степени и на разном уровне начался, например, у народов Средней и Восточной Европы.

В Центральной Азии встречаются оба этих феномена – новые государства, находились больше века под русским влиянием (оставим в стороне положительные и отрицательные оценки этого процесса) и одновременно вырабатывают свою национальную идентичность. Независимость и национализм сегодня находятся в основе соответствующих национальных идеологий, которые стараются оправдать режим и пребывание президентов на «престоле». Подобно центральноевропейским народам лидеры новых независимых стран Центральной Азии обратились к истории, как к одному из главных источников своих идеологических концепций.

Как известно, центральноазиатский регион служил своего рода мостом, через который проходили древние торговые пути (Великий Шелковый путь) и многие завоеватели, начиная с Александра Македонского, Чингизхана, Амира Тимура вплоть до завоевания региона Россией в XIX веке. В то же время тюрко-монгольские и арийские племена и народы создавали на этой территории государства и империи. Все эти события сегодня отражаются в местных идеологиях.

Данная статься занимается анализом самого яркого примера нациолнального историзма в Средней Азии, который сложился в Туркменистане, с приведением примеров этих аспектов историзма в других странах региона.

За народ древнейший

С темой самого древнего народа, проживающего на данном месте, сталкиваются многие народы во многих мировых конфликтах.

Проблему, какой из народов, проживающих на определенной территории, имеет право называть себе «самими древним» решают многие народы. Среднеазиатские идеологии тоже сегодня «соревнуются» друг с другом за то, чтобы именно их народ признавался самым древним. Напомним, что если говорить о самом первом появлении предков нынешних тюркских народов в регионе, то можно назвать конец IV и начало III века до нашей эры, когда среднеазиатские скифы были вытеснены тюрко-монгольскими народами Ву-Сун, как их называют китайские источники.[1] До этого на территории нынешних государств создавали свои государства и протогосударства скорее арийские племена, но уже следующая волна миграции тюркских племен дошла до Центральной Азии лишь в конце IV в. н. э. с приходом гуннов.

Таким образом, среднеазиатские тюркские народы должны искать свои корни не на основе своей национальной, а скорее территориальной древности. Так например, Узбекистан опирается на бурную жизнь своих оазисов около Самарканда, в которых сложились первые государства в Центральной Азии. Это стало поводом для великолепных торжеств по случаю годовщин основания среднеазиатских городов, которые стали активно проводиться в 90-х гг. ХХ века. Рекордсменом в этом плане пока остается кыргызский Ош, отметивший 3000 лет своего существования. Однако узбеки утверждают, что самым древним городом и носителем цивилизации в Центральной Азии является Самарканд, который был по источникам основан в VII-VI веке до нашей эры. В районе города археологи ведут интенсивные работы, чтобы Самарканд стал еще старше.

Кыргызстан, как известно, отпраздновал 2200 лет существования своего государства. Свое превосходство над другими народами кыргызы доказывают тем, что в соответствии с источниками этноним кыргыз упоминается раньше других народов.[2] Однако из-за отсутствия великих империй в кыргызской истории для правильной идеологии нужно было как-то связать себя с наследием Великого Шелкового Пути, как носителю культуры, торговли и братства между народами. Здесь Кыргызстан может использовать этот завет, определяя свое положение как своеобразный «мост между Востоком (Китаем) и Западом» (Европа и мусульманский мир).

В лучшем положении оказались таджики, которые могут использовать достижения иранской цивилизации, которая начинается Медской империей во втором тысячелетии до нашей эры.

Туркменская идеология, однако, сумела все эти даты преодолеть. Как доказывает ведущий современный историк-идеолог туркменского режима Овез Гундогдыев, следы материальной культуры, найденные во время археологических раскопок, свидетельствуют о присутствии туркмен на своей территории еще в IV веке до нашей эры, значит 6000 лет тому назад!![3] И древнейшим предком туркмены должны считать своего первого пророка Огуз Хана, который основал туркменское государство 5000 лет т. н.[4] По словам священной книги президента Туркменбаши Рухнама - центр этого мифического государства находился именно в Туркменистане, и сама империя Огуза простиралась от Балха до Волги.[5] Этот тезис стал неоспорим, и впоследствии официальные идеологи прикладывают все усилия, чтобы найти как можно больше доказательств этого факта..Как и во многих других странах для этого используются археологические раскопки, щедро поддерживаемые государством.[6] За время этих экспедиций были найдены артефакты, напоминающие пищущие аппараты. Туркменская идеология их использовала в качестве доказательства существования туркменской письменности 4000 лет тому назад. В мервском оазисе работают над изучением и других следов страны Маргуш, которая считается т. н. древнеогузским государством.[7]

Одним из первых памятников туркменской литературы считается Огузнама, которая относится примерно к временам 3000-летней давности. Это мифическое произведение считается духовным предком Рухнамы.[8] В ней нынешний «глава туркмен» приводит и другие атрибуты, связанные с Огуз Ханом. По его утверждению туркмены называют Млечный Путь «Луком Огуза», именем бессмертного предка называлась река Амударья или созвездие стрельца.[9] Вообще названия Огуз и Туркмен считаются синонимами. Туркменская идеология тоже утверждает, что основы государственности и структура туркменского общества – наследство Огуз хана.[10] Характерно, что в нескольких местах упоминается сильная власть Огуз хана и его две основные задачи: «взять власть и создать абсолютно новое общество».[11] Эти черты можно связать и с нынешним режимом.

Великое наследие. Предки современных государств

В идеологиях, естественно, делается ставка на изучение «светлых» эпох истории, во времена которых народ в чем-то превосходил остальные народы, владел обширными территориями, имел огромное культурное влияние и. т. п. Среднеазиатские вожди ссылаются на это время, и соответствующих великих правителей считают если не своими предками, то, по крайней мере, своими предшественниками.

Для узбекской пропаганды, таким образом, самым выдающимся предком современного независимого государства считается Амир Тимур. Этот знаменитый полководец был, конечно, тюрко-монгольского происхождения, однако назвать его узбеком довольно проблематично, если учесть, что племена, относящиеся к легендарному Ўзбек хану, пришли в сегодняшнюю Центральную Азию в конце ХV века, значит, почти сто лет после смерти т. н. «предка». Но не только при Амире Тимуре была узбекская государственность. Такую оценку получили и другие среднеазиатские династии – Саманиды, Газневиды, Хорезмшахи или Тимуриды. Как говорится, династии приходили и уходили, а [узбекская] государственность оставалась.[12] Опять здесь был использован принцип территориального наследства, как и в предыдущей рассматриваемой главе.

Для кыргызов ситуация еще сложнее. На территории сегодняшнего Кыргызстана не располагался центр столь знаменитого государства и их цивилизационное наследие должно относиться к легендарным правителям, каким считается Манас.

Таджикская пропаганда считает предшественником современного Таджикистана государство Саманидов. И этот тезис совсем не новый в таджикской историографии или литературе. Об этом уже писали историк Бободжон Гафуров, а также писатель Садриддин Айни.[13] Таджикская идеология приняла теорию, согласно которой Таджикистан считается частью культурного округа т. н. Великого Хорасана (Хуросони бозорг), простирающегося от восточного Ирана (провинция Хорасан) и до Таджикистана. Эта идентичность возникла именно благодаря единству Саманидского государства.[14]

Но туркменская идеология в этом плане опять оказалась «впереди Средней Азии всей». Туркмены создали больше 70 мировых династий, которые подробно описываются в бессмертном произведении Рухнама.[15] Овез Гундогдыев утверждает, что предками туркмен являются древние среднеазиатские народы, создавшие т. н. прототуркменские государства – скифы, массагеты.[16] К наиболее развитым «туркменским» государствам принадлежит Парфянская империя с центром в туркменской Ниссе (на самом деле Нисса скорее была важным торговым центром, но не более того). Тот факт, что перечисленные народы относятся в научной литературе скорее к арийским племенам, туркменских «историков» никак не волнует.

Однако вернемся к интерпретации туркменской истории. Идеология и здесь подчеркивает славные эпохи в истории. Здесь речь не идет только об одном историческом периоде в истории; туркмены прошли несколько «золотых веков» своей истории под руководством туркменских пророков. Помимо уже упомянутого Огуз хана к таким пророкам относятся также Героглы, Горкут Ата, Махтумкули и примерно с 2001 г. и Сапармурат Туркменбаши.

После Огуз хана последовало пятьсот лет правления Горкут Ата.[17] Начало этого периода Рухнама относят ко временам пророка Мухаммеда. «В эпоху, близкую к пророку Пихамберу алейхиссаламу из рода Баята, возник Горкут Ата.[18] Таким образом, этому пророку принадлежит заслуга распространения ислама среди туркмен и, между прочим, он сам считается одним из первых паломников в Мекку и Медину.Некоторые черты нынешнего государственного устройства страны были взяты из этого настоящего и реально существующего эпоса «Горкут Ата», в котором содержатся основные притчи и сказания этого «пророка» . «Прежде чем предпринять важное дело, следует посоветоваться со старейшинами».[19] Как считают туркменские историки, эта традиция легла в основу высшего государственного органа Туркменистана - Халк Маслахаты.[20]

Если время Горкут Аты довольно четко определено, с очередным пророком Гёроглы дела обстоят намного сложнее. В Рухнама в отличие от Огуз хана или Горкут Аты об эпохе жизни этого пророка практически не упоминается. Однако его основное идеологическое значение в том, что Туркменбаши именно его словами передает пророчество о своем приходе к власти, которое по неизвестным причинам упоминается только в туркменской версии книги: “Anyk ýoly bar millet bagtlydyr. Milletiò bagty Watanyny, ýurduny batyrgaý gorap bilmegindedir. Milletiò bagty bu gün seniò eliòde. Sen türkmen milletiòe altyn ýaºaýsyò güzerini görkez, ol seniò taglymatyò bolar, ol seniò ýoluò bolar Saparmyrat! – diýdi.” [«Гёроглы сказал: есть светлый путь, есть счастье народа. Счастье народа, Родина и государство известны, и нужно их защищать. Счастье народа сегодня в твоих руках. Покажи туркменскому народу золотую жизнь – это станет твоим учением, твоим путем, Сапармырат.»[21].

Далее в Рухнама идёт перечисление династий и правителей, диапазон которых был определен довольно широко. Так, туркмены (а именно «туркмен» Салахуддин) мужественно сражались с крестоносцами, основывали практически все государства на территории сегодняшних Турции и Ирана, включая туркмен-гаджаров и туркмен-осман, правящих вплоть до ХХ века.[22]

Несмотря на географическую разбросанность туркмен, самые крупные государства возникли в самом Туркменистане. К ярчайшим эпохам туркменской истории относится империя сельджуков, особенно ее последний султан Санджар, который заканчивает «эпоху Горкут Аты». Султан Санджар, правда не причисляется к туркменским пророкам, но все-таки оставляет пророческий след мудрого и справедливого государя, который служит примером нынешнему руководству.[23] Не забывается и о его предках, и таких правителях, как Тугрул Бег, Алп Арслан, Малик Шах часто упоминают как «великих предков» или «великих сыновей туркменской земли». Эти правители стали в современности идеализированными персонажами туркменской истории, и считаются не только примером правителей, к наследию которых обращается и президент Туркменбаши, а также просто примером образцовых и честных людей.

«Туркмены», кроме всего прочего, упоминаются везде как мирные защитники населения Ближнего Востока во время походов крестоносцев, которые воспринимаются в туркменской идеологии весьма отрицательно (грабили население и жгли города). И когда рыцари обрушились на Византию и Болгарию, то именно туркмены спасли и защитили эти христианские государства и, соответственно, весь православный мир.[24]

Примечательно, что в Рухнама упоминаются самые мелкие тюркские династии и отдельные правители, но в их список не попали два великих полководца и завоевателя Средней Азии – Чингизхан и Тамерлан (Тимур), несмотря на их явное тюркское происхождение. Объяснение этому явлению снова дает Овез Гундогдыев: «В XI веке наши предки создали Великую Туркмено-Сельджукскую историю на землях Хорезма, Хорасана, Афганистана и т. д. Однако это не сопровождалось массовыми убийствами и складыванием пирамид из человеческих голов, как это делали войска Чингиз Хана и Тимура».[25] Оказывается, что уж слишком сильно прославились эти владельцы мира своей жестокостью, чтобы их зачислить к «миролюбивым» туркменам. Интересно также, что величественная история туркменского мира заканчивается династиями Каджаров и Осман и продолжается только после 1991 г. в лице нового независимого Туркменистана. В «туркменский мир», таким образом, не попало, например, современное турецкое государство, или нынешние тюркские центральноазиатские страны, которые, судя по логике Рухнама, являются прямыми потомками бывших туркменский народов. По-видимому, это было бы политически некорректно к своим соседям.

И туркменская идеология использует территориальный и этнический принцип поиска «своих» предков. Автоматически, но выборочно, присваивает своей национальной истории не только государства, находящиеся в свое время на территории Туркменистана, а также всех т. н. родных племен за его пределами.

Великое культурное наследие

Кроме великих исторических периодов национальные идеологии стараются превзойти своих соседей высоким уровнем культурного развития. В центральноазиатском регионе лучшие предпосылки в этом плане у таджиков. Таджикская идеология может опираться на наследие древней иранской культуры. Не удивительно, что таджикская идеология присваивает себе великих иранских поэтов типа Фирдоуси, Хафеза, Саади или Насира Хосроуа, торжества по поводу рождения последнего прошли в Таджикистане и, особенно на Памире. Однако самая главная роль в истории таджикам принадлежит в языковой сфере. Крупнейшие государства Центральной Азии после распада империи Саманидов выбрали в качестве своего государственного языка фарси, что в таджикском смысле является синонимом для таджикского языка.[26]

Узбекские идеологи могут исходить из культурного наследия Амира Тимура и его потомков, прежде всего астронома Мирзо Улугбека, 600-летний юбилей которого был торжественно отмечен в 1994 г.[27] К числу узбеков пропаганда традиционно причисляет и других выдающихся среднеазиатских мыслителей, в том числе и тех, которые никаким тюркским языком скорее всего и не пользовались – Ибн Сино, Алишер Навои, аль-Беруни, аль-Бухари или Бахауддин Накшбанди, лишь для того, чтобы перечислить самых часто упоминаемых.

Если другие современные народы Центральной Азии развивали свою культуру по языковому или территориальному признакам, то кыргызы основывают свои культурные ценности по этническо-территориальной идентичности, а именно тюркской. Первые тюркские города, первые тюркские монеты или первые тюркские поэмы возникли «в долинах Тянь-Шаня».[28]

Туркменская идеология, конечно, не может отставать от культурных достижений своих соседей. При исследовании официальных туркменских документов иногда кажется, что туркмены были своего рода гениальными изобретателями во всех сферах культуры и науки. Как было уже отмечено, у предков «туркмен» была своя письменность уже четыре тысячелетия тому назад. Но не только письменностью занимались «туркмены». Их распространение вплоть до Киевской Руси повлияло на многие местные названия, в частности туркмены дали название Киеву (от средневекового племени кайы) или Твери (племя тувер).[29] Непрерывная традиция государственности туркмен отразилась и в юридической сфере (создание законов). Эти законы позже повлияли и на другие культурные округи. М. Атаев пишет, что «Канун-наме» т. н. туркмено-османского султана Сулеймана стала у истоков конституции США.[30]

Вообще, после завоеваний Чингисхана достижения туркменской науки разошлись по всему миру, прежде всего на Запад вплоть до Европы.[31] В чем заключались эти достижения, это уже в Рухнама конкретно не упоминается.

Пламенный «туркменоцентризм», который проступает до самих низов туркменской идеологии, каждый год приносит новые и новые доказательства древности и высокой культуры туркменского народа. Каждое такое новое открытие потом приводится в качестве доказательства честности, мудрости и храбрости туркмен и их уважения к другим народам, сдержанному слову и т. д. К последнему нужно лишь добавить недавний выход президента Туркменбаши из некоторых международных договоров (по ценам поставок газа в Россию и на Украину в конце 2004 г., договор о двойном гражданстве весной 2003 г.). Сердару всех туркмен следовало бы напомнить о традиционном выполнении туркменами условий договора, что являлось «священной обязанностью туркменских правителей».[32]

Образ врага. Кто виноват неуспехами?

Так как реальная экономическая картина стран нынешней Средней Азии выглядит далеко от туркменского «золотого века», кыргызской «Швейцарии Средней Азии» или узбекского «великого будущего», местные идеологии стараются оправдать это положение поиском внешнего фактора, который воспрепятствует скорейшему продвижению к поставленным целям. И здесь идеологи ищут ответ в истории.

Таджикская пропаганда, правда, гласит, что никаких врагов таджики себе не создавали. Наоборот, по словам, под которыми подписался таджикский президент, таджики всегда принимали иностранные набеги как новый импульс к культурному развитию. Так случилось с предками таджиков, которые воевали с Александром Македонским, арабскими и тюркскими завоевателями.[33] Но нельзя сказать, что всех завоевателей встречали таджики так радостно и воодушевленно. Так узбекский национальный герой Амир Тимур оценивается как разрушитель таджикских земель.[34] Советский период наоборот связывается с подъемом таджикского народа. Благодаря Союзу таджикам вновь открылся потерянный доступ к достижениям мировой цивилизации. В Кыргызстане предпочитают подобную точку зрения. Уже крылатой стало фраза президента Акаева о том, что «Россия дана Кыргызстану Богом и историей».[35]

В Узбекистане и Туркменистане идеология наоборот ясно указывает на Российскую империю (позднее на Советский Союз), как на причину упадка и последующего отставания среднеазиатских народов.

Однако в Туркменистане был такой подход давно предсказан пророком Героглым. В эпосе Героглы визир Балыбега говорит своему султану: «Мой султан, если вы хотите покорить туркмен, сделать их своими рабами, усвойте истину: в первую очередь их надо спустить с коней».

И враг, в конце концов, усвоил это. В конце XIX века туркмен спустили с их резвых коней. [36]

Поражение ахалтекинских войск у крепости Геок-депе в 1880-1881 г. стало в нынешней интерпретации «разрушением последних устоев туркменской государственности».[37] Сокрушительное поражение стало для Туркменбаши чем-то подобным падению Киева для российской истории или подавлению восстания Кощушко в Польше. В честь павших у Геок-депе, а также для почтения предков был создан День Памяти (Хатыра Гуну, 12 января) и в 1993-1995 г. на месте крепости была построена мечеть Сапармырата Ходжи. Почитание предков естественно принадлежит к одним из важнейших ритуалов в Азии вообще и, особенно в Средней Азии. И так эта традиция не могла не использоваться в идеологической практике.

Последующие годы российской и советской власти оцениваются крайне негативно, даже враждебно. В этот период туркмены были лишены возможности развивать свой язык, свои традиции, изучать свою историю и т. д. «Оставшиеся на своей земле (около трех миллионов), забыв о своем происхождении, влились в общность под названием советский народ и начали подзабывать и свой родной язык, и религию, утрачивать национальные чувства. В таком состоянии мы пребывали 74 года. 74 года тоски, уныния, безверия в свой завтрашний день!» Как ни странно, на страницах Рухнама российское «иго» для туркмен начинается после 1881 г, но наибольшее унижение туркмен связывается не с периодом царской России, а исключительно с советским периодом. При этом интересно, что еще в 2001 г. (т. е. когда был издан первый том Рухнама) заседания туркменского кабинета велись на русском языке, потому что в нем сидели русифицированные туркмены, которые слабо владели туркменским.

При оценке столь неприязненного отношения к России в новейшей истории нужно иметь в виду, что эта «пища» нацелена, прежде всего, на внутреннее употребление, и политическая практика (как и часто бывает в подобных случаях) развивается скорее в противоположном направлении. Узбекской риторике мешает Россия в том, чтобы «государству с великим будущем» стать региональным центром силы. Развитие собственной туркменской цивилизации в духе книги Рухнама само по себе исключает положительный подход к бывшим российским/советским угнетателям.

Потомки великих ханов

В заключение нужно отметить, что анализ исторических персонажей по логике должен закончиться нынешним этапом независимости как продолжению славных периодов истории. В противном случае не было бы смысла в идеологическом историзме. Несмотря на то, что президенты среднеазиатских стран отрицают любые проявления своих культов личности, на самом деле с ними в большей или меньшей степени можно столкнуться в соответствующих пропагандах.

Например, узбекский президент Каримов по узбекской пропаганде продолжатель идей Амира Тимура и в современной истории бывшего первого секретаря КС Узбекистана Шарафа Рашидова.[38] Президент выступает, подобно историческим персонам, как гарант стабильности и мира независимого Узбекистана, в отличие от войной разрушенных соседних стран.[39]

В Таджикистане президент Рахмонов тоже выступает как гарант, в этом случае гарант мира, за который, по его словам, он готов отдать и свою жизнь. Благодаря кровопролитной гражданской войне Рахмонов успел создать и собственный культ «архитектора мира». Кроме этого по всей стране распространены большие плакаты с надписями, на которых бывший председатель колхоза именуется «учителем народа» или «отцом народа».[40] В 2001 г. этот учредитель мира создал даже собственную комиссию для своей (безуспешной) кандидатуры на Нобелевскую премию. В Кыргызстане Аскар Акаев выступает гарантом демократического развития в рамках своей «демократической идеологии».

Относительно Туркменистана уже было выше сказано, что Туркменбаши и его режим – воплощение древнего пророчества Гёроглы. Президент своей пророческой миссией напрямую связан с историческими пророками туркмен. Современный нейтральный и независимый Туркменистан шагает к наступающему золотому веку Туркмен и гарантом этого пути является именно Пророк и Сердар Туркменбаши.

 

История, изложенная в этой статье, является, прежде всего, средством идеологии, сравнением с настоящим временем. Идеологи исследуют современность глазами прошлого. Эпоха независимых государств в этих концепциях всегда характеризируется как продолжение заветов великого прошлого. Причем нельзя сказать, чтобы данные сами по себе не отвечали мировым исследованиям, просто история в этих идеологиях толкуется, мягко говоря, довольно странно. Однако можно сказать, что этот фактор «стандартно» используется в большинстве идеологических концепций, особенно в политических системах авторитарного или тоталитарного типа.[41]

 

Автор является аспирантом Института международных исследований Карлова университета в Праге. Специализируется на внутренних проблемах развития государств Центральной Азии и Афганистана.

slavomirhorak@mail.ru

 

[1] Bashiri, I.: A Comprehensive Chronology of Central Asia, Afghanistan, and Iran. University of Minnesota, 2001, с. 10.

[2] Первое упоминание о себе кыргызы приписывают китайским источникам, в которых упоминается в 201 г. до н. э. История кыргызов и Кыргызстана: учебник для вузов (отв. ред. Плоских, В.). Илим, Бишкек, 1998, с. 24-25.

[3] Гундогдыев, О.: Не менее шести тысячелетий живет туркменское ковровое искусство. http://turkolog.narod.ru/info/trkm-13.htm [30.1.2005].

[4] Огуз хан дальше относится к потомкам пророка Нуха (Ноа). Рухнама, с. 210. (Здесь и дальше используется официальный перевод книги Рухнама на русский язык Туркменбаши, С.: Рухнама, Туркменская государственная издательская служба, Ашхабад 2002. Используя этот перевод нужно учитывать, что некоторые ее части отличаются от оригинала на туркменском языке, к которому статья тоже иногда приглядывается, Türkmenbašy, S.: Ruhnama. Türkmen döwlet neºirýat gullugy, Ašgabat, 2002). Интерпретируя данный текст, туркменская пропаганда может считать туркмен божественной и пророческой нацией. В английском варианте книги говорится о знатном характере туркменского народа. Türkmenbaºy_ S.: Ruhnama. Turkmen State Press Service, Ashgabat, 2002, c. 211.

[5] Рухнама, с. 209-210.

[6] Турецкие идеологи в 20 гг. ХХ века пытались на основе археологических раскопок доказать причастность турок к древним хеттам, афганская идеология в 40 гг. ХХ века доказывает на основе французских археологических экспедиций единство пуштунов и таджиков, чтобы прощупать идеологию единого афганского народа.

[7] Ковалев, В.: Под Ашхабадом найдены следы древней цивилизации. Предки туркмен умели писать четыре тысячелетия назад? Туркменистан.ру, 30.5.2001,http://www.turkmenistan.ru/index.cfm?r=8&d=791, [14.9.2004]. Мухаммедов, Ш.: Древняя страна Маргуш открывает свои тайны. Закончился очередной полевой сезон археологических раскопок в Марыйском велаяте. Туркменистан.ру, 20.6.2002, http://www.turkmenistan.ru/index.cfm?r=8&d=1864, [14.9.2004].

[8] Мусаев, О.: Beýik Saparmyrat Türkmenbaºy, Ruhnama we Agzybirlik (Makalalar ýygindysy) [Великий Сапармурат Туркменбаши, Рухнама и Единство], Ylym, Aºgabat, 2002, с. 288.

[9] Рухнама, с. 167.

[10] Рухнама, с. 92.

[11] Рухнама, с. 101

[12] O’zbekiston - jonajon diyor. Узбекистан - мой край родной. Yozuvchi, Toshkent, 2000, с. 23.

[13] Гафуров, Б.: Таърихи мухтасари халки точик [Очерки истории таджикского народа], Сталинобод, 1947. История теджикского народа (отв. ред. Гафуров, Б.), Том 3, Душанбе, 1965. Рахмонов, Э.: Точикон дар оинаи таърих. Таджики в зеркале истории. Tajiks in the reflection of history. Душанбе, 1996, с. 37 an.

[14] Шукуров, М. Хуросон аст ин чо [Хорасан и здесь]. Душанбе, 1997.

[15] Особенно вторая глава. Рухнама, с. 83-152.

[16] Гундогдыев, О.: Из истории туркменской дипломатии. Дипломатические миссии и посольства туркмен. http://turkmeniya.narod.ru/turkmen-diplomacy2.html [15.12.2004].

[17] Рухнама, с. 114.

[18] Рухнама, с. 108. В 2002 г. Туркменистан отмечал 1500 лет от рождения Горкут Ата.

[19] Амансарыев, Бекдурды: Бессмертие мудрого старца. Туркменистан: золотой век. 23.2.2004. http://turkmenistan.gov.tm [24.2.2005].

[20] Об этом органе Шир, Я.: Феномен Халк Маслахаты в контексте конституционно-правового развития постсоветского Туркменистана. Политическая наука и государственная власть в Российской федерации Новых Независимых Государств. Уральское отделение РАН, Институт философии и права, Екатеринбург, 2004, s. 203-212.

[21] Ruhnama, с. 148. «В русской версии эта фраза звучит «счастье народа в возможности беззаветно любить и отстаивать свою Родину. Счастлив народ, имеющий собственный ясный путь». Рухнама, с. 158.

[22] Интересно мнение Рухнама, что английское выражение “Ottoman“ возникло объединением слов «туркмен» и «осман». Рухнама, с. 115.

[23] Рухнама, с. 41-42.

[24] Гундогдыев, О.: Из истории туркменской дипломатии. Внешняя политика Туркменистана: вчера и сегодня. http://turkmeniya.narod.ru/turkmen-diplomacy.html [15.12.2004].

[25] Там же

[26] Рахмонов, Э.: Таджикистан на пороге будущего. ИТАР-ТАСС Пресс, Москва, 1997, с. 13

[27] см. Капимов, И.: Вечно жив дух человека. In: Родина священна для каждого. Ўзбекистон, Ташкент, 1995, с. 111-114.

[28] История кыргызов и Кыргызстана: учебник для вузов (отв. ред. Плоских, В.). Илим, Бишкек, 1998, с. 69.

[29] Гундогдыев, О.: Туркменский след в древнерусской топонимике. Туркменистан.ру, 20.4.2004, http://www.turkmenistan.ru/print.cfm?r=8&d=3798 [6.5.2004].

[30] Атаев, М. Свод законов Туркмено-османского государства послужил одним из источников для написания Конституции США. Нейтральный Туркменистан, 17.5.2004.

[31] Рухнама, с. 34.

[32] Гундогдыев, О.: Из истории туркменской дипломатии. Международные договоры и обмен дарами. http://turkmeniya.narod.ru/turkmen-diplomacy.html [15.12.2004].

[33] Рахмонов, Э.: Таджикистан на пороге будущего. ИТАР-ТАСС Пресс, Москва, с. 13.

[34] Литвинский, Б. А. – Мухтаров, А.: История таджикского народа: Учебное пособие для 8/9 классов. Маориф, Душанбе, 1992, с. 53.

[35] Акаев, А.: Отношения с Россией в высшей степени приоритетны. Международная жизнь, №10, 2004, с. 15.

[36] Рухнама, с. 156.

[37] Рухнама, с. 36.

[38] Связь Амира Тимура с Исломом Каримовым доказывает, например фотография президента Каримова во время передачи премии Амира Тимура в штаб-квартире ЮНЕСКО, комментарий к которому гласит «Амир Тимур в мировой истории». Амир Тимур. Узбекистан, Ташкент, 2002, с. 10.

[39] Эта фраза очень популярна в риторике узбекских СМИ, в основном в кризисные моменты (например, после т. н. «терактов» весной 2004 г.). Этим вопросом тоже занимается на многих местах основное идеологическое произведение независимого Узбекистана: Каримов, И. А.: Узбекистан на пороге XXI века. Дрофа, Москва, 1997.

[40] Архив автора, 2002-2003.

[41] Примером может послужить, например использование концепций панарабизма в идеологии Ирака в эпоху Саддама Хусейна, который был назван наследником древних арабских/месопотамских империй, расцвета арабского/мусульманского мира, а также арабского национализма после второй мировой войны. В качестве другого примера можно привести Ливию, где Муаммар Каддафи в своей Зеленой книге исходит из традиционной системы берберских племен. И последний пример для сравнения назовем Камбоджу и их Красных Кхмеров, тоже формально возрождавших империю Кхмеров, которая играла решающую роль в Индокитае IX-XIV веках.

Zpìt na hlavní stránku     Zpìt na stránku Støední Asie     Zpìt na stránku Publikaèní èinnost